Политика и Сеть

Представляю вашему вниманию перевод статьи Евгения Морозова в журнале The Economist, которая является настолько актуальной, что рекоммендуется к прочтению всеми без исключения активными пользователями Интернета на просторах бывшего СССР. Авторитарные правительства вполне способны»прикрыть» блоггеров. И становится все тяжелее перехитрить их.

Что общего имеет Барбара Стрейзанд и Тунисский президент Зайн эль-Абидин Бен Али? Оба они пытались блокировать доступ общественности к информации в Интернете. И оба потерпели неудачу. В 2003 году мисс Стрейзанд обвинила папарацци, ошивающихся вокруг ее дома в Малибу в появлении серии фотографий с ее участием. Она хотела взыскать с них 50 миллионов долларов, естественно – безуспешно, и убедиться в том что снимки больше не будут доступны широкой общественности. Эта, по сути своей, самозащита, впоследствие получила название «Эффект Стрейзанд», лучше всего описанный Джоном Гилмором (John Gilmore): «Сеть воспримает цензуру как угрозу своему существованию и стремится обойти ее». Но самый серьезный тест этого правила – это не взбешенные избалованные голливудские звезды. Вопрос стоит в в возможности обхода извечного стремления правительств к секретности.

В ноябре 2007 года Тунис блокировал доступ к популярным сайтам размещения видео YouTube и DailyMotion, содержащие материалы о политических заключенных в стране.

И это уже не в первый раз, когда правительства блокируют доступ к подобным сайтам для того, чтобы оградить общественное мнение от постороннего вмешательства или чтобы защитить чью-либо излишнюю скромность :)

Что было действительно необычным в этом случае, так это ответная реакция. Тунисские активисты и их союзники организовали «цифровую сидячую забастовку», связывая ссылками десятки видео о гражданских свободах с изображением президентского дворца в Google Earth. Это превратило низкоуровневую акцию за гражданские права в масштабную глобальную компанию. В Армении в марте 2008 года была похожая ситуация, когда президент Роберт Кочарян завершил свое правление массированной атакой на медиа, которая имела тенденцию расшириться и на блоги (вебсайты, где авторы публикуют материалы, отражающие их собственное мнение и наблюдения). По словам правительства, блоги могут публиковать только официальные материалы. Результатом стал бешеный рост блогов, физически размешенных на серверах вне Армении, и всех как один остро критикующих правительство.

Некоторые страны все еще считают что преимущества цензуры стоят потраченных усилий и международного позора. Китай бессовестно и нагло блокирует иностранные новостные сайты, имея десятки тысяч оплачиваемых государством цензоров, играющих вечную игру в кошки-мышки с пытающимися избежать цензуры гражданами.

Саудовская Аравия, однако, проявила себя как более позитивно настроенное государство, она просто предупреждает пытающихся полакомиться «клубничкой» об опасности порнографии, при этом использует цитаты из Корана и статей Касса Санстейна (Cass Sunstein) – американского ученого, признавшего, что порнография не заслуживает защиты Первой Поправкой к Конституции. Авторитарные государства активно обмениваются опытом и технологиями. Так, например, китайское программное обеспечение для поиска и фильтрации сайтов по ключевым словам с последующей их блокировкой считается лучшим в мире. Но от этого есть и обратный эффект. Египет покупает китайские технологии, но египетские блоггеры активно перенимают средства борьбы с ними от своих китайских собратьев по оружию.

Причем зачастую еще до того, как эти технологии будут внедрены.

Все это помогает сохранить циркуляцию свободной информации в Сети, но не спасает блоггеров от тюрьмы. Официоз, который еще недавно насмехался над блоггерами, или полностью их игнорировал, не считая за полноценную угрозу, сейчас использует полный потенциал цензурной машины для борьбы с ними. Характерным трендом здесь является расширение власти закона над новыми медиа путем приравнивания их к традиционным. В прошлом году Узбекистан изменил законодательство и сейчас все сайты официально считаются средствами массовой информации – категорией, подпадающией под самые жесткие нормы закона.

Беларусь требует от владельцев интернет-кафе предоставлять логи (записи) всех сайтов, посещенных пользователями – в стране, где домашний широкополосный доступ еще не получил достаточного распространения это серьезный барьер для жителей Всемирной Паутины. В этом году Индонезия приняла закон, согласно которому стало намного тяжелее и рискованней публиковать независимое мнение в Сети. Бразильский суд постановил, что блоггеры, также как и традиционные медиа, подпадают под ограничения закона о выборах.

Ограничение свободы в результаты таких манипуляций усиливается, когда государство сочетает их с заключением активистов в тюрьмы. От Египта до Малайзии, и от Саудовской Аравии до Сингапура, множество блоггеров оказалось в тюрьмах за публикацию материалов, нежелательных для их правительств.

Последний отчет организации «Репортеры без границ» упоминает 64 таких случая. Международные правозащитные организации активно включаются в борьбу. Но наиболее оптимальный и быстрый путь защиты самого себя – это взаимодействие с остальными активистами. Сами бен Гарбия (Sami ben Gharbia), тунисский активист, который сейчас находится в изгнании в Нидерландах говорит, что как только дело касается информирования об арестах блоггеров. традиционные методы борьбы правозащитников становятся малоэффективны.

Сечас он помогает в координации усилий Global Voices Online – глобального веб-инструмента, ставшего вместилищем оригинального контента, публикуемого блоггерами во всем мире, и постепенно выросшего в главного лоббиста свободы слова.

Упомянутые в этой статье, да и многие другие подобные случаи должны были быть в центре внимания на ежегодном саммите Global Voices, прошедшем недавно в Будапеште, где сотни блоггеров, ученых и журналистов из разных стран, таких как Китай, Беларусь, Венесуэла и Кения, обменивались опытом в противодействии государственной бюрократии.

Цель, по словам Этана Цукермана (Ethan Zuckerman) – гарвардского ученого, одного из основателей Global Voices – это построить сети доверия и кооперации между людьми, которые не могут пассивно воспринимать предлагающиеся другой стороной решения их проблем.

Эта цель достойна вложенных усилий. Без сомнения, авторитарные правительства не спят, активно обмениваясь информацией о противодействии свободе слова. Но они никогда не выложат эту информацию в Интернете. А чей путь в итоге окажется лучшим – покажет история.

Источник